0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Святые князья борис и глеб

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб (в святом Крещении — Роман и Давид) — первые русские святые, канонизированные как Русской, так и Константинопольской Церковью. Они были младшими сыновьями святого равноапостольного князя Владимира (+ 15 июля 1015). Родившиеся незадолго до Крещения Руси святые братья были воспитаны в христианском благочестии. Старший из братьев — Борис получил хорошее образование. Он любил читать Священное Писание, творения святых отцов и особенно жития святых. Под их влиянием святой Борис возымел горячее желание подражать подвигу угодников Божиих и часто молился, чтобы Господь удостоил его такой чести.

Святой Глеб с раннего детства воспитывался вместе с братом и разделял его стремление посвятить жизнь исключительно служению Богу. Оба брата отличались милосердием и сердечной добротой, подражая примеру святого равноапостольного великого князя Владимира, милостивого и отзывчивого к бедным, больным, обездоленным.

Еще при жизни отца святой Борис получил в удел Ростов. Управляя своим княжеством, он проявил мудрость и кротость, заботясь прежде всего о насаждении Православной веры и утверждении благочестивого образа жизни среди подданных. Молодой князь прославился также как храбрый и искусный воин. Незадолго до своей смерти великий князь Владимир призвал Бориса в Киев и направил его с войском против печенегов. Когда последовала кончина равноапостольного князя Владимира, старший сын его Святополк, бывший в то время в Киеве, объявил себя великим князем Киевским. Святой Борис в это время возвращался из похода, так и не встретив печенегов, вероятно, испугавшихся его и ушедших в степи. Узнав о смерти отца, он сильно огорчился. Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но святой князь Борис, не желая междоусобной распри, распустил свое войско: «Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!»

Однако коварный и властолюбивый Святополк не поверил искренности Бориса; стремясь оградить себя от возможного соперничества брата, на стороне которого были симпатии народа и войска, он подослал к нему убийц. Святой Борис был извещен о таком вероломстве Святополка, но не стал скрываться и, подобно мученикам первых веков христианства, с готовностью встретил смерть. Убийцы настигли его, когда он молился за утреней в воскресный день 24 июля 1015 года в своем шатре на берегу реки Альты. После службы они ворвались в шатер к князю и пронзили его копьями. Любимый слуга святого князя Бориса — Георгий Угрин (родом венгр) бросился на защиту господина и немедленно был убит. Но святой Борис был еще жив. Выйдя из шатра, он стал горячо молиться, а потом обратился к убийцам: «Подходите, братия, кончите службу свою, и да будет мир брату Святополку и вам». Тогда один из них подошел и пронзил его копьем. Слуги Святополка повезли тело Бориса в Киев, по дороге им попались навстречу два варяга, посланных Святополком, чтобы ускорить дело. Варяги заметили, что князь еще жив, хотя и едва дышал. Тогда один из них мечом пронзил его сердце. Тело святого страстотерпца князя Бориса тайно привезли в Вышгород и положили в храме во имя святого Василия Великого.

После этого Святополк столь же вероломно умертвил святого князя Глеба. Коварно вызвав брата из его удела — Мурома, Святополк послал ему навстречу дружинников, чтобы убить святого Глеба по дороге. Князь Глеб уже знал о кончине отца и злодейском убийстве князя Бориса. Глубоко скорбя, он предпочел смерть, нежели войну с братом. Встреча святого Глеба с убийцами произошла в устье реки Смядыни, неподалеку от Смоленска.

В чем же состоял подвиг святых благоверных князей Бориса и Глеба? Какой смысл в том, чтобы вот так — без сопротивления погибнуть от рук убийц?

Жизнь святых страстотерпцев была принесена в жертву основному христианскому доброделанию — любви. «Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец» (1 Ин. 4, 20). Святые братья сделали то, что было еще ново и непонятно для языческой Руси, привыкшей к кровной мести — они показали, что за зло нельзя воздавать злом, даже под угрозой смерти. «Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить» (Мф. 10, 28). Святые мученики Борис и Глеб отдали жизнь ради соблюдения послушания, на котором зиждется духовная жизнь человека и вообще всякая жизнь в обществе. «Видите ли, братия, — замечает преподобный Нестор Летописец, — как высока покорность старшему брату? Если бы они противились, то едва ли бы сподобились такого дара от Бога. Много ныне юных князей, которые не покоряются старшим и за сопротивление им бывают убиваемы. Но они не уподобляются благодати, какой удостоились сии святые».

Благоверные князья-страстотерпцы не захотели поднять руку на брата, но Господь Сам отомстил властолюбивому тирану: «Мне отмщение и аз воздам» (Рим. 12, 19).

В 1019 году князь Киевский Ярослав Мудрый, также один из сыновей равноапостольного князя Владимира, собрал войско и разбил дружину Святополка. По промыслу Божию, решающая битва произошла на поле у реки Альты, где был убит святой Борис. Святополк, названный русским народом Окаянным, бежал в Польшу и, подобно первому братоубийце Каину, нигде не находил себе покоя и пристанища. Летописцы свидетельствуют, что даже от могилы его исходил смрад.

«С того времени, — пишет летописец, — затихла на Руси крамола». Кровь, пролитая святыми братьями ради предотвращения междоусобных распрей, явилась тем благодатным семенем, которое укрепляло единство Руси. Благоверные князья-страстотерпцы не только прославлены от Бога даром исцелений, но они — особые покровители, защитники Русской земли. Известны многие случаи их явления в трудное для нашего Отечества время, например, — святому Александру Невскому накануне Ледового побоища (1242), великому князю Димитрию Донскому в день Куликовской битвы (1380). Почитание святых Бориса и Глеба началось очень рано, вскоре после их кончины. Служба святым была составлена митрополитом Киевским Иоанном I (1008-1035).

Великий князь Киевский Ярослав Мудрый позаботился о том, чтобы разыскать останки святого Глеба, бывшие 4 года непогребенными, и совершил их погребение в Вышгороде, в храме во имя святого Василия Великого, рядом с мощами святого князя Бориса. Через некоторое время храм этот сгорел, мощи же остались невредимы, и от них совершалось много чудотворений. Один варяг неблагоговейно стал на могилу святых братьев, и внезапно исшедшее пламя опалило ему ноги. От мощей святых князей получил исцеление хромой отрок, сын жителя Вышгорода: святые Борис и Глеб явились отроку во сне и осенили крестом больную ногу. Мальчик пробудился от сна и встал совершенно здоровым. Благоверный князь Ярослав Мудрый построил на этом месте каменный пятиглавый храм, который был освящен 24 июля 1026 года митрополитом Киевским Иоанном с собором духовенства. Множество храмов и монастырей по всей Руси было посвящено святым князьям Борису и Глебу, фрески и иконы святых братьев-страстотерпцев также известны в многочисленных храмах Русской Церкви.

Святые благоверные князья-страстотерпцы БОРИС и ГЛЕБ (†1015)

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб (в святом Крещении — Роман и Давид) — первые русские святые, канонизированные как Русской, так и Константинопольской Церковью. Они были младшими сыновьями святого равноапостольного князя Владимира (+ 15 июля 1015).

Великий князь Владимир Святославич с сыновьями. Роспись Грановитой палаты Московского Кремля. 1882

У Владимира имелось двенадцать сыновей от разных жен. Старшие дети Владимира жили не дружно и часто враждовали между собой. Они были рождены во то время, когда князь пытался ещё укрепить языческую веру. Страсти тогда кипели нешуточные. Святополк родился от гречанки, бывшей монахини, которую Владимир взял в жены после брата, который им был свергнут с престола. Ярослав родился от Рогнеды Полоцкой, у которой Владимир убил отца и братьев. А затем сама Рогнеда пыталась убить Владимира, приревновав к Анне Византийской.

Борис и Глеб были младше и родились примерно в годы Крещения Руси. Их мать была из Волжской Булгарии. Они были воспитаны в христианском благочестии и любили друг друга. Борис был наречен в святом крещении Романом, Глеб — Давидом. Часто бывало так, что Борис читал какую-нибудь книгу — обычно жития или мучения святых, — а Глеб сидел подле него и внимательно слушал, и так пребывал Глеб неотступно возле брата, потому что был еще мал.

Когда сыновья стали взрослеть, Владимир поручил им управление территориями. Борису достался Ростов, а Глебу — Муром. Княжение Глеба в Муроме оказалось нелегким. Рассказывают, что муромские язычники не допустили его в свой город, и князю пришлось жить вне пределов городских стен, в пригороде.

Русь в XI веке.

Однако Бориса Владимир не отпустил в Ростов и держал при себе в Киеве. Он любил Бориса более других своих сыновей, во всем доверялся ему и намеревался передать ему великое княжение. Борис был женат на Эгнес, датской принцессе и со временем уже прославился как храбрый и искусный воин.

Незадолго до своей смерти великий князь Владимир призвал Бориса в Киев и направил его с войском против печенегов. Вскоре после отъезда Бориса Владимир умер. Это случилось 15 июля 1015 года в сельце Берестовом, близ Киева.

В это время в столице оказался один Святополк, который не замедлил воспользоваться своим положением и самовольно захватил власть в Киеве, провозгласив себя Великим князем Киевским. Он задался целью скорее избавиться от братьев-соперников, пока те ничего не предприняли.

Святополк решил скрыть смерть отца. Ночью по его приказу в княжеском тереме разобрали помост. Тело Владимира завернули в ковер и спустили на веревках на землю, а затем отвезли в Киев, в церковь Пресвятой Богородицы, где и похоронили, не воздав ему должных почестей.

Борис, тем временем, не найдя печенегов, повернул обратно к Киеву. Весть о смерти отца и вокняжении в Киеве Святополка застала его на берегу небольшой речки Альта. Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но святой князь Борис, не желая междоусобной распри, распустил свое войско: “Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!” Услыхав это, дружина ушла от него. Так Борис остался на Альтинском поле лишь с немногими своими слугами.

Святополк послал Борису лживое послание с предложением дружбы: «Брат, хочу в любви с тобой жить, а к тому, что отец тебе дал, еще прибавлю!» Сам же, в тайне от всех, направил наёмных убийц, верных ему бояр Путша, Талеца, Еловита (или Еловича) и Ляшко убить Бориса.

Святой Борис был извещен о таком вероломстве Святополка, но не стал скрываться и, подобно мученикам первых веков христианства, с готовностью встретил смерть.

Убийство Бориса

Убийцы настигли его, когда он молился за утреней в воскресный день 24 июля 1015 года в своем шатре на берегу реки Альты. Словно дикие звери набросились они на святого и пронзили его тело. Любимый слуга Бориса, некий угрин (венгр) по имени Георгий, прикрыл его собою. Его тут же убили вместе с князем и отрубили голову, чтобы снять с шеи золотое украшение -гривну, которую когда-то в знак любви и отличия, князь подарил ему.

Однако святой Борис был еще жив. Выйдя из шатра, он стал горячо молиться, а потом обратился к убийцам: «Подходите, братия, кончите службу свою, и да будет мир брату Святополку и вам». В это время один из убийц пронзил его копьем. Тело его завернули в шатер, положили на телегу и повезли к Киеву. Есть версия, что в дороге Борис еще дышал и, узнав об этом, Святополк послал двух варягов прикончить его. Тогда один из них извлек меч и пронзил его в сердце. Тело Бориса привезли тайно в Вышгород и похоронили в церкви святого Василия. Ему было около 25 лет.

В живых еще оставался князь Муромский Глеб. Святополк решил хитростью заманить Глеба в Киев: Глебу отправили гонцов с просьбой приехать в Киев, так как отец тяжко болен (для чего Святополк и скрывал смерть отца). Глеб тотчас сел на коня и с малой дружиной помчался на зов. Но его настиг гонец от брата Ярослава: «Не езжай в Киев: отец твой умер, а брат твой Борис убит Святополком!».

Глубоко скорбя, святой князь предпочел смерть, нежели войну с братом. Встреча Глеба с убийцами произошла в устье реки Смядыни, неподалеку от Смоленска. Он обратился к ним с трогательной мольбой пощадить «колос еще не созревший, соком беззлобия налитый». Затем, вспомнив слова Господа, «что за имя Мое преданы будете братьями и родичами», вручил Ему свою душу. Малая дружина Глеба, увидев убийц, пала духом. Главарь, по прозвищу Горясер, глумясь, велел повару, бывшему при Глебе, зарезать князя. Тот, «именем Торчин, вынув нож, зарезал Глеба, как безвинного ягненка». Ему было около 19 лет. Тело его было брошено на берегу, и так лежало в безвестности, между двумя колодами. Но ни зверь, ни птица не тронули его. Долго о нем никто не знал, но иногда в этом месте видели зажженные свечи, слышали церковное пение. Лишь через много лет, по повелению князя Ярослава, оно было перенесено в Вышгород и положено в церкви святого Василия рядом с Борисом. Позже Ярослав Мудрый построил на этом месте каменный пятиглавый Борисоглебский собор, который вскоре стал семейным храмом Ярославичей, святилищем их любви и верности, братского согласия и служения Отечеству.

Благоверные князья-страстотерпцы не захотели поднять руку на брата, но Господь Сам отомстил властолюбивому тирану: «Мне отмщение и аз воздам» (Рим. 12:19).

Князь Ярослав

Князь Ярослав, собрав войско из новгородцев и наемников-варягов, двинулся на Киев и изгнал Святополка из Руси.

Решающее сражение между ними состоялось в 1019 году на реке Альте — на том самом месте, где был убит святой князь Борис. По свидетельству летописцев, когда разгромленный Святополк бежал с поля брани, напала на него болезнь, так что ослабел он всем телом и не мог даже на коня сесть, и несли его на носилках. Святополк, названный русским народом Окаянным, бежал в Польшу и, подобно первому братоубийце Каину, нигде не находил себе покоя и пристанища и был объят таким страхом, что везде чудилось ему, что преследуют его, и он умер за пределами своего отечества, «в некоем пустынном месте». А от могилы его исходил смрад и зловоние. «С того времени, — пишет летописец, — затихла на Руси крамола».

У Владимира были и другие сыновья, погибшие в усобице. Святослав, князь Древлянский, был убит Святополком, но не причислен к лику святых, потому что включился в борьбу за власть и собирался привести венгерское войско на помощь. Другой брат — победитель Ярослав — с оружием в руках пошел на брата. Но он не проклят как Святополк. Недаром Ярослав имел прозвище Мудрый. Многолетними трудами, постройкой храмов, принятием законов заслужил он быть причисленным к благоверным князьям, являя собой образец выдающегося правителя.

С рациональной точки зрения смерть святых братьев кажется бессмысленной. Они не были даже мучениками за веру в подлинном смысле этого слова. (Церковь чтит их как страстотерпцев — этот чин святости, кстати, не известен византийцам).

Жизнь святых страстотерпцев была принесена в жертву главной христианской ценности — любви. «Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец» (1 Ин. 4:20). Они приняли смерть в знак беспредельной любви ко Христу, в подражание его крестной муке. В сознании русских людей своей мученической кончиной они как бы искупали грехи всей Русской земли, еще недавно прозябавшей в язычестве. Через их жития, писал выдающийся русский писатель и историк Г. П. Федотов, «образ кроткого и страдающего Спасителя вошел в сердце русского народа навеки как самая заветная его святыня».

Святые братья сделали то, что в те времена на Руси, привыкшей к кровной мести, было еще ново и непонятно, они показали: за зло нельзя воздавать злом даже под угрозой смерти.

Впечатление от их поступка было настолько велико, что вся земля признала их святыми. Это был переворот от языческого сознания (властолюбие и нажива) к христианству (достижение духовного и нравственного идеала).

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб (Автор — иконописец Виктор Морозов, он же Изограф Морозов)

Борис и Глеб были первыми святыми, канонизированными Русской Церковью. Даже их отец, князь Владимир, был причислен к лику святых намного позже. Их чтили в его тогдашнем центре — Константинополе, икона Бориса и Глеба была в константинопольской Софии. Их житие было включено даже в армянские Минеи (книги для чтения на каждый месяц). Прославляя святых, посвященное им сказание говорит, что стали они помощниками людей «всех земель».

На Руси было, по крайней мере, три города с названием Борисоглебск. Количество же церквей и монастырей, освящённых во славу святых благоверных князей Бориса и Глеба, вряд ли кто брался подсчитывать. Святые Борис и Глеб — особые покровители, защитники Русской земли. Их именем освобождались от уз невинные, а иногда и прекращались кровавые междоусобицы.

Известны многие случаи их явления в трудное для нашего Отечества время, например, — накануне сражения на Неве в 1240 году (когда св. Борис и Глеб явились в ладье, посреди гребцов, «одетых мглою», положив руки на плечи друг другу. «Брате Глебе, сказал Борис, вели грести, да поможем сроднику нашему Александру»), или накануне великой Куликовской битвы в 1380 году (когда святые братья явились в облаке, держа в руках свечи и обнаженные мечи, сказав воеводам татарским: «Кто вам велел истреблять отечество наше, от Господа нам дарованное?» и стали они сечь врагов, так что никто из них не уцелел).

Имена Борис и Глеб так же, как Роман и Давид, были излюбленными во многих поколениях русских князей. Братья Олега Гориславича носили имена Роман (+ 1079), Глеб (+ 1078), Давыд (+ 1123), один из сыновей его носил имя Глеб (+ 1138). У Мономаха были сыновья Роман и Глеб, у Юрия Долгорукого — Борис и Глеб, у святого Ростислава Смоленского — Борис и Глеб, у святого Андрея Боголюбского — святой благоверный Глеб (+ 1174), у Всеволода Большое Гнездо — Борис и Глеб. Среди сыновей Всеслава Полоцкого (+ 1101) — полный набор «борисоглебских» имен: Роман, Глеб, Давид, Борис.

Материал подготовил Сергей ШУЛЯК

для Храма Живоначальной Троицы на Воробьевых горах

Молитва благоверным князьям Борису и Глебу
О двоице священная, братия прекрасная, доблии страстотерпцы Борисе и Глебе, от юности Христу верою, чистотою и любовию послужившии, и кровьми своими, яко багряницею, украсившиися, и ныне со Христом царствующии! Не забудите и нас, сущих на земли, но, яко тепли заступницы, вашим сильным ходатайством пред Христом Богом сохраните юных во святей вере и чистоте неврежденными от всякаго прилога неверия и нечистоты, оградите всех нас от всякия скорби, озлоблений и напрасныя смерти, укротите всякую вражду и злобу, действом диавола воздвигаемую от ближних и чуждих. Молим вас, христолюбивии страстотерпцы, испросите у Великодаровитаго Владыки всем нам оставление прегрешений наших, единомыслие и здравие, избавление от нашествия иноплеменных, междоусобныя брани, язвы и глада. Снабдевайте своим заступлением страну нашу и всех, чтуших святую память вашу, во веки веков. А минь.

Тропарь, глас 4
Днесь церковная разширяются недра, / приемлющи богатство Божия благодати, / веселятся русстии собори, / видяще преславная чудеса, / яже творите приходящим к вам верою,/ святии чудотворцы Борисе и Глебе, // молите Христа Бога, да спасет души наша.

Тропарь, глас 2
Правдивая страстотерпцы и истинныя Евангелия Христова послушатели, целомудренный Романе с возлюбленным Давидом, не сопротив стаста врагу сущу брату, убивающему телеса ваша, душам же коснутися не могущу: да плачется убо злый властолюбец, вы же радующеся с лики ангельскими, предстояще Святей Троице, молитеся о державе сродников ваших, Богоугодней быти, и сыновом Российским спастися.

Кондак, глас 4
Явися днесь в стране Русстей / благодать исцеления / всем, к вам, блаженнии, / приходящим и вопиющим: // радуйтеся, заступницы теплии.

Святые БОРИС и ГЛЕБ, благоверные князья-страстотерпцы

Дни памяти:
15 мая — Перенесение мощей блгвв. кнн. Российских Бориса и Глеба, во Святом Крещении Романа и Давида (1072 и 1115)
6 августа– день памяти святых князей Бориса и Глеба (1015)
18 сентября- убиение блгв. кн. Глеба, во Святом Крещении Давида (1015)

О ЧЕМ МОЛЯТСЯ СВЯТЫМ БЛАГОВЕРНЫМ КНЯЗЬЯМ БОРИСУ И ГЛЕБУ

Святые страстотерпцы Борис и Глеб почитаются как заступники Русской земли. Им молятся о добрых нравах властей, об укреплении Православной веры и о преодолении неверия, избавлении от бед, голода, болезней, скорбей и внезапной смерти.
Этим святым молятся об укрощении всякой вражды и злобы между людьми. Благоверных князей просят также испросить у Господа для молящихся оставление грехов, единомыслие и здравие, сохранение от нашествия внешних врагов, внутренних междоусобиц и мужество перед лицом смертельной опасности.

Необходимо помнить, что иконы или святые не «специализируются» в каких-то конкретных областях. Будет правильно, когда человек обращается с верой в силу Божию, а не в силу этой иконы, этого святого или молитвы.
Каким святым и кому нужно молиться в разных случаях и почему наши молитвы остаются без ответа.

ЖИТИЯ СВЯТЫХ БЛАГОВЕРНЫХ КНЯЗЕЙ-СТРАСТОТЕРПЦЕВ БОРИСА И ГЛЕБА

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб (в святом Крещении — Роман и Давид) — первые русские святые, канонизированные как Русской, так и Константинопольской Церковью. Они были младшими сыновьями святого равноапостольного князя Владимира (+ 15 июля 1015).

Святой князь Владимир с сыновьями

У Владимира имелось двенадцать сыновей от разных жен. Старшие дети Владимира часто враждовали между собой, они были рождены еще во времена, когда князь пытался укрепить языческую веру. Святополк родился от гречанки, бывшей монахини, которую Владимир взял в жены после брата, который им был свергнут с престола. Ярослав родился от Рогнеды Полоцкой, у которой Владимир убил отца и братьев. А затем сама Рогнеда пыталась убить Владимира, приревновав к Анне Византийской.

Борис и Глеб родились позже, примерно в годы Крещения Руси. Их мать была из Волжской Булгарии. Они были воспитаны в христианском благочестии и любили друг друга. Борис был наречен в святом крещении Романом, Глеб — Давидом. Есть свидетельства о том, что Борис читал какую-нибудь книгу, обычно жития или мучения святых, то Глеб сидел рядом и внимательно слушал, и так пребывал Глеб неотступно возле брата, потому что был еще мал.

Когда сыновья стали взрослеть, Владимир поручил им управление территориями. Борису достался Ростов, а Глебу — Муром. Княжение Глеба в Муроме оказалось нелегким. Рассказывают, что муромские язычники не допустили его в свой город, и князю пришлось жить вне пределов городских стен, в пригороде.

Святой князь Борис

Князь Владимир любил Бориса более других своих сыновей, во многом доверялся ему и намеревался передать ему Киев и великое княжение. Борис был женат на Эгнес, датской принцессе и со временем уже прославился как храбрый и искусный воин.

Незадолго до своей смерти великий князь Владимир призвал Бориса в Киев и направил его с войском против печенегов. Вскоре после отъезда Бориса Владимир умер. Это случилось 15 июля 1015 года в сельце Берестовом, близ Киева.
В это время в столице оказался один Святополк, который воспользовался своим положением и самовольно захватил власть в Киеве, провозгласив себя Великим князем Киевским. Он задался целью скорее избавиться от братьев-соперников, пока те ничего не предприняли. Святополк решил скрыть смерть отца. Ночью по его приказу в княжеском тереме разобрали помост. Тело Владимира завернули в ковер и спустили на веревках на землю, а затем отвезли в Киев, в церковь Пресвятой Богородицы, где и похоронили, не воздав ему должных почестей.

Борис, тем временем, не найдя печенегов, повернул обратно к Киеву. Весть о смерти отца и вокняжении в Киеве Святополка застала его на берегу небольшой речки Альта. Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но святой князь Борис, не желая междоусобной распри, распустил свое войско:

“Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!”

Услыхав это, дружина ушла от него. Так Борис остался на Альтинском поле лишь с немногими своими слугами.
Святополк послал Борису лживое послание с предложением дружбы: «Брат, хочу в любви с тобой жить, а к тому, что отец тебе дал, еще прибавлю!»

Убийство князя Бориса

Сам же, в тайне от всех, направил наёмных убийц, верных ему бояр Путша, Талеца, Еловита (или Еловича) и Ляшко убить Бориса.
Святого Бориса известили о таком вероломстве Святополка, но не стал скрываться и, подобно мученикам первых веков христианства, с готовностью встретил смерть. Убийцы настигли его, когда он молился за утреней в воскресный день 24 июля (старый стиль) 1015 года в своем шатре на берегу реки Альты. Словно дикие звери набросились они на святого и пронзили его тело. Любимый слуга Бориса, некий угрин (венгр) по имени Георгий, прикрыл его собою. Его тут же убили вместе с князем и отрубили голову, чтобы снять с шеи золотое украшение -гривну, которую когда-то в знак любви и отличия, князь подарил ему.
Однако святой Борис был еще жив. Выйдя из шатра, он стал горячо молиться, а потом обратился к убийцам:

«Подходите, братия, кончите службу свою, и да будет мир брату Святополку и вам».

В это время один из убийц пронзил его копьем. Тело его завернули в шатер, положили на телегу и повезли к Киеву. Есть версия, что в дороге Борис еще дышал и, узнав об этом, Святополк послал двух варягов прикончить его. Тогда один из них извлек меч и пронзил его в сердце. Тело Бориса привезли тайно в Вышгород и похоронили в церкви святого Василия. Ему было около 25 лет.

В живых еще оставался князь Муромский Глеб. Святополк решил хитростью заманить Глеба в Киев: Глебу отправили гонцов с просьбой приехать в Киев, так как отец тяжко болен (для чего Святополк и скрывал смерть отца). Глеб тотчас сел на коня и с малой дружиной помчался на зов. Но его настиг гонец от брата Ярослава:

«Не езжай в Киев: отец твой умер, а брат твой Борис убит Святополком!».

Глубоко скорбя, святой князь предпочел смерть, нежели войну с братом. Встреча Глеба с убийцами произошла в устье реки Смядыни, неподалеку от Смоленска. Он обратился к ним с трогательной мольбой пощадить «колос еще не созревший, соком беззлобия налитый».
Затем, вспомнив слова Господа, «что за имя Мое преданы будете братьями и родичами», вручил Ему свою душу. Малая дружина Глеба, увидев убийц, пала духом. Главарь, по прозвищу Горясер, глумясь, велел повару, бывшему при Глебе, зарезать князя. Тот, «именем Торчин, вынув нож, зарезал Глеба, как безвинного ягненка». Ему было около 19 лет. Тело его было брошено на берегу, и так лежало в безвестности, между двумя колодами.
Но ни зверь, ни птица не тронули его. Долго о нем никто не знал, но иногда в этом месте видели зажженные свечи, слышали церковное пение. Лишь через много лет, по повелению князя Ярослава, оно было перенесено в Вышгород и положено в церкви святого Василия рядом с Борисом. Позже Ярослав Мудрый построил на этом месте каменный пятиглавый Борисоглебский собор, который вскоре стал семейным храмом Ярославичей, святилищем их любви и верности, братского согласия и служения Отечеству.

Благоверные князья-страстотерпцы не захотели поднять руку на брата, но Господь Сам отомстил властолюбивому тирану:

«Мне отмщение и аз воздам» (Рим. 12:19).

Князь Ярослав, собрав войско из новгородцев и наемников-варягов, двинулся на Киев и изгнал Святополка из Руси.
Решающее сражение между ними состоялось в 1019 году на реке Альте — на том самом месте, где был убит святой князь Борис. По свидетельству летописцев, когда разгромленный Святополк бежал с поля брани, напала на него болезнь, так что ослабел он всем телом и не мог даже на коня сесть, и несли его на носилках. Святополк, названный русским народом Окаянным, бежал в Польшу и, подобно первому братоубийце Каину, нигде не находил себе покоя и пристанища и был объят таким страхом, что везде чудилось ему, что преследуют его, и он умер за пределами своего отечества, «в некоем пустынном месте». А от могилы его исходил смрад и зловоние. «С того времени, — пишет летописец, — затихла на Руси крамола».

У Владимира были и другие сыновья, погибшие в усобице. Святослав, князь Древлянский, был убит Святополком, но не причислен к лику святых, потому что включился в борьбу за власть и собирался привести венгерское войско на помощь. Другой брат — победитель Ярослав — с оружием в руках пошел на брата. Но он не проклят как Святополк. Недаром Ярослав имел прозвище Мудрый. Многолетними трудами, постройкой храмов, принятием законов заслужил он быть причисленным к благоверным князьям, являя собой образец выдающегося правителя.

С рациональной точки зрения смерть святых братьев кажется бессмысленной. Они не были даже мучениками за веру в подлинном смысле этого слова. (Церковь чтит их как страстотерпцев — этот чин святости, кстати, не известен византийцам).
Жизнь святых страстотерпцев была принесена в жертву главной христианской ценности — любви.

«Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец» (1 Ин. 4:20).

Они приняли смерть в знак беспредельной любви ко Христу, в подражание его крестной муке. В сознании русских людей своей мученической кончиной они как бы искупали грехи всей Русской земли, еще недавно прозябавшей в язычестве. Через их жития, писал выдающийся русский писатель и историк Г. П. Федотов, «образ кроткого и страдающего Спасителя вошел в сердце русского народа навеки как самая заветная его святыня».

Святые братья сделали то, что в те времена на Руси, привыкшей к кровной мести, было еще ново и непонятно, они показали: за зло нельзя воздавать злом даже под угрозой смерти.
Впечатление от их поступка было настолько велико, что вся земля признала их святыми. Это был переворот от языческого сознания (властолюбие и нажива) к христианству (достижение духовного и нравственного идеала).

Борис и Глеб были первыми святыми, канонизированными Русской Церковью. Даже их отец, князь Владимир, был причислен к лику святых намного позже. Их чтили в Константинополе, икона Бориса и Глеба была в константинопольской Софии. Их житие было включено даже в армянские Минеи (книги для чтения на каждый месяц). Прославляя святых, посвященное им сказание говорит, что стали они помощниками людей «всех земель».

Святые Борис и Глеб — особые покровители, защитники Русской земли. Их именем освобождались от уз невинные, а иногда и прекращались кровавые междоусобицы.

Известны многие случаи их явления в трудное для нашего Отечества время, например, — накануне сражения на Неве в 1240 году (когда св. Борис и Глеб явились в ладье, посреди гребцов, «одетых мглою», положив руки на плечи друг другу… «Брате Глебе, сказал Борис, вели грести, да поможем сроднику нашему Александру»), или накануне великой Куликовской битвы в 1380 году (когда святые братья явились в облаке, держа в руках свечи и обнаженные мечи, сказав воеводам татарским: «Кто вам велел истреблять отечество наше, от Господа нам дарованное?»

Имена Борис и Глеб так же, как Роман и Давид, были излюбленными во многих поколениях русских князей. Братья Олега Гориславича носили имена Роман (+ 1079), Глеб (+ 1078), Давыд (+ 1123), один из сыновей его носил имя Глеб (+ 1138). У Мономаха были сыновья Роман и Глеб, у Юрия Долгорукого — Борис и Глеб, у святого Ростислава Смоленского — Борис и Глеб, у святого Андрея Боголюбского — святой благоверный Глеб (+ 1174), у Всеволода Большое Гнездо — Борис и Глеб. Среди сыновей Всеслава Полоцкого (+ 1101) — полный набор «борисоглебских» имен: Роман, Глеб, Давид, Борис.

ВЕЛИЧАНИЕ БЛАГОВЕРНЫМ КНЯЗЬЯМ БОРИСУ И ГЛЕБУ, ВО СВЯТОМ КРЕЩЕНИИ РОМАНУ И ДАВИДУ

Велича́ем вас, страстоте́рпцы святи́и Бори́се и Гле́бе, и чтим честна́я страда́ния ва́ша, я́же за Христа́ претерпе́ли есте́.

Борис и Глеб

Биография

Борис и Глеб – первые святые, канонизированные Русской и Константинопольской церквями. Младшие сыновья равноапостольного князя Владимира, родившиеся до крещения Руси, явили религиозный и духовный подвиг. Они показали пример смирения и непротивления злу ради мира и добра.

Борис и Глеб

На примере князей-страстотерпцев, принявших смерть и пожелавших разделить страдания Христовы, воспитаны первые поколения православных христиан.

Святые Борис и Глеб любимы и почитаемы русским народом. Благочестивые мученики показали, как надо принимать волю Божию, какой бы она ни была. Братьев причислили к лику святых страстотерпцев, и они стали покровителями Руси и небесными помощниками русских князей.

Детство и юность

При крещении младшим сыновьям великого князя Киевского дали имена Роман и Давид. В биографии братьев белыми пятнами остались даты их рождения. Матерью Бориса и Глеба, согласно Тверскому сборнику 1534 года, была «болгарыня» Анна, дочь императора Византии Романа II. Нелетописные данные указывают иное имя – Милолика.

Борис и Глеб на конях

Бориса и Глеба воспитали благочестивыми христианами. Старшему Борису (девятый сын Владимира Святославича) дали хорошее образование. Молодой князь много времени проводил за чтением Святого Писания и преданий о житии и деяниях святых, желая «ходить их стопами». Юноша мечтал о духовном подвиге и обращался с молитвами к Всевышнему, чтобы тот удостоил чести положить жизнь во имя Христово.

По велению отца Борис женился и был посажен править Владимиром-Волынским на правом берегу Луги. Затем по воле князя Владимира сын поставлен княжить в Муроме на левобережье Оки, при этом находясь в Киеве.

Святые Борис и Глеб

При жизни великого князя, в 1010 году, Борис получил в подчинение Ростовский удел. Управляя землями, Борис позаботился о распространении православия среди подданных, насаждал благочестие и следил за праведным образом жизни у ближнего круга подчиненных, на которых смотрел народ.

Муром отошел в правление младшему брату Бориса – Глебу. Князь Глеб разделял взгляды старшего брата и любовь к христианству. Он походил на Бориса добросердечием и милосердием к обездоленным и больным. Примером для сыновей стал отец, великий князь Владимир, которого они любили и почитали.

Князья Борис и Глеб

Весной 1015 года великий князь Киевский лежал на смертном одре. У постели умирающего отца был Борис, любивший и почитавший Владимира «паче всехъ». Узнав о нападении на владения 8-тысячного печенежского войска, великий князь направил Бориса отразить вражескую навалу: Борис Владимирович, рьяный христианин, прославился и как опытный воин.

Борис отправился в поход, но печенегов не встретил: испугавшись, кочевники ушли в степи. В дороге молодой князь узнал о кончине отца. Смерть Владимира Святославича развязала руки старшим великокняжеским отпрыскам, сводным братьям Святополку и Ярославу, метившим на Киевский престол.

Борис и Глеб на корабле

Ранее Владимир жестко расправлялся со смутьянами, которые проводили свою политику и стремились к самостоятельности. Ярослава, отказавшегося платить Киеву дань, отец объявил мятежником и собрал дружину для похода на Великий Новгород, чтобы смирить раскольника. А приемный сын Святополк, прозванный Окаянным, по обвинению в заговоре на власть вместе с женой и пособниками заточен в темницу.

Кончина правителя открывала путь стремившимся к власти наследникам, и вышедший на свободу Святополк, пользуясь отъездом Бориса из столицы, занял Киевский престол. При жизни князь Владимир видел правопреемником Бориса, о чем знал Святополк. Раздав щедрые дары киевлянам, дабы склонить их на свою сторону, пасынок Владимира развязал кровавую борьбу против Бориса и Глеба, прямых конкурентов на престол.

Смерть

Дружина Бориса, сопровождавшая его в походе на печенегов, готова была идти на Киев и свергать Святополка, но князь отказался проливать кровь названного брата и отпустил войско домой. Святополк усомнился в благих намерениях Бориса и пожелал устранить конкурента.

Обстоятельством, которое подтолкнуло самозванца к кровавой расправе, стала любовь народа к молодому князю. Святополк отправил к Борису верных слуг, поручив убить наследника престола. Князя известили о намерениях коварного брата, но тот не захотел упреждать удар или скрываться.

Убийство Бориса

Воскресным июльским днем, 1015 года, Борис Владимирович находился в шатре на берегу Альты. Он молился, зная, что его ждет смерть. Когда закончил молитву, покорно предложил подосланным убийцам совершить то, ради чего их послал Святополк. Тело Бориса пронзили несколько копий.

Слуги завернули окровавленное тело еще дышавшего Бориса и повезли его как доказательство князю, заказавшему убийство. Их встретили посланные Святополком варяги, направленные князем на подмогу убийцам. Увидев, что Борис жив, они добили его ударом кинжала в сердце. Усопшего доставили в Вышгород и под покровом ночи спрятали в храме Василия Великого.

Убийство Глеба

В Муроме оставался Глеб, и Святополк понимал, что он может отомстить за убийство любимого брата. К нему тоже отправились убийцы, о чем Глеба предупредили гонцы из Киева. Но горевавший об умершем отце и жестоко убитом брате Глеб Владимирович последовал примеру Бориса: не поднял руку на Святополка и не развязал братоубийственную войну.

Святополк выманил Глеба из Мурома, где его могли защитить верные войска, и направил к нему дружинников, исполнивших кровавую миссию в устье реки Смядынь под Смоленском. Глеб по примеру старшего брата смирился со страшной участью и, не оказав сопротивления мучителям, безропотно принял смерть.

Христианское служение

Христианский подвиг братьев заключается в том, что они отказались отнимать жизнь и проливать кровь хоть и названного, но брата, ведь по канонам православия убийство считалось смертным грехом. Они сознательно стали страстотерпцами, положа жизнь на алтарь христианской любви. Борис и Глеб не нарушили постулат христианства, гласящий о лживости каждого, кто клянется в любви к Богу, но при этом ненавидит ближнего.

Борисоглебский монастырь в Торжке

Святые Борис и Глеб – первые на Руси, кто показал своим примером христианское смирение. В ранее пребывавшей во мраке язычества Руси кровная месть возводилась в доблесть. Братья же продемонстрировали, что на зло нельзя отвечать злом, а остановить кровопролитие можно, только отказавшись отвечать тем же.

Верные христианскому учению, Борис и Глеб последовали его главному постулату, который гласит не бояться тех, кто убивает тело, ведь душа для них вне недосягаемости.

Борисоглебский собор в Чернигове

Как пишут историки того времени, Господь наказал властолюбивого и кровавого тирана. В 1019 году дружина братоубийцы была наголову разбита войском Ярослава Мудрого. Князь, которого современники прозвали Окаянным, спасся бегством в Польшу, но ни надежного пристанища, ни спокойной жизни на чужбине не нашел. В летописях говорится, что от могилы братоубийцы исходил смрад.

А на Руси, как пишут апокрифы, воцарился мир и затихли распри. Пролитая Борисом и Глебом кровь укрепила единство и остановила войны. Сразу после кончины началось почитание страстотерпцев. Службу Борису и Глебу составил Иоанн I, митрополит Киевский.

Ярослав Мудрый отыскал незахороненные останки Глеба и перевез их в Вышгород, где положил рядом с мощами Бориса. Когда храм сгорел, мощи святых братьев остались нетронутыми пламенем.

Ростовский Борисоглебский монастырь

Сохранились свидетельства чудотворности святых мощей. Описано исцеление юноши из Вышгорода: братья явились подростку во сне и осенили больную ногу крестным знамением. Мальчик проснулся и пошел, не хромая.

Услышавший о чудесном исцелении больного, Ярослав Мудрый приказал возвести на месте явления отроку святых пятикупольный храм, который митрополит освятил в день убийства Бориса (24 июля) в 1026 году.

На Руси построены тысячи церквей и монастырей, названных именами святых, где совершаются богослужения. Иконам страстотерпцев поклоняются миллионы православных по всему миру.

Явление Бориса и Глеба перед Невской битвой

Бориса и Глеба называют святыми, которые покровительствуют Руси, защищая ее от врагов. Святые являлись во сне Александру Невскому перед Ледовым побоищем и Дмитрию Донскому, когда он в 1380 году сразился на Куликовом поле.

Описаны сотни случаев исцеления и других чудес, связанных с именами Бориса и Глеба. В истории образ братьев сохранился до наших дней. О святых мучениках, чье житие описано в сказаниях и апокрифах, написаны стихи и романы, сняты фильмы.

СВЯТЫЕ КНЯЗИ БОРИС И ГЛЕБ

3/15 мая — Перенесение мощей блгвв. кнн. Российских Бориса и Глеба, во Святом Крещении Романа и Давида (1072 и 1115).

24 июля/6 августа — память Благоверных князей Бориса (во Святом Крещении Роман) и Глеба (во Святом Крещении Давид).

Борис и Глеб были младше и родились примерно в годы Крещения Руси. Их мать была из Волжской Булгарии. Они были воспитаны в христианском благочестии и любили друг друга. Борис был наречен в святом крещении Романом, Глеб — Давидом. Часто бывало так, что Борис читал какую-нибудь книгу — обычно жития или мучения святых, — а Глеб сидел подле него и внимательно слушал, и так пребывал Глеб неотступно возле брата, потому что был еще мал.
У Владимира имелось двенадцать сыновей от разных жен. Старшие дети Владимира жили не дружно и часто враждовали между собой. Они были рождены во то время, когда князь пытался ещё укрепить языческую веру. Страсти тогда кипели нешуточные. Святополк родился от гречанки, бывшей монахини, которую Владимир взял в жены после брата, который им был свергнут с престола. Ярослав родился от Рогнеды Полоцкой, у которой Владимир убил отца и братьев. А затем сама Рогнеда пыталась убить Владимира, приревновав к Анне Византийской.

Когда сыновья стали взрослеть, Владимир поручил им управление территориями. Борису достался Ростов, а Глебу — Муром. Княжение Глеба в Муроме оказалось нелегким. Рассказывают, что муромские язычники не допустили его в свой город, и князю пришлось жить вне пределов городских стен, в пригороде.

Однако Бориса Владимир не отпустил в Ростов и держал при себе в Киеве. Он любил Бориса более других своих сыновей, во всем доверялся ему и намеревался передать ему великое княжение. Борис был женат на Эгнес, датской принцессе и со временем уже прославился как храбрый и искусный воин.

Незадолго до своей смерти великий князь Владимир призвал Бориса в Киев и направил его с войском против печенегов. Вскоре после отъезда Бориса Владимир умер. Это случилось 15 июля 1015 года в сельце Берестовом, близ Киева.

В это время в столице оказался один Святополк, который не замедлил воспользоваться своим положением и самовольно захватил власть в Киеве, провозгласив себя Великим князем Киевским. Он задался целью скорее избавиться от братьев-соперников, пока те ничего не предприняли.

Святополк решил скрыть смерть отца. Ночью по его приказу в княжеском тереме разобрали помост. Тело Владимира завернули в ковер и спустили на веревках на землю, а затем отвезли в Киев, в церковь Пресвятой Богородицы, где и похоронили, не воздав ему должных почестей.

Борис, тем временем, не найдя печенегов, повернул обратно к Киеву. Весть о смерти отца и вокняжении в Киеве Святополка застала его на берегу небольшой речки Альта. Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но святой князь Борис, не желая междоусобной распри, распустил свое войско: “Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!” Услыхав это, дружина ушла от него. Так Борис остался на Альтинском поле лишь с немногими своими слугами.

Святополк послал Борису лживое послание с предложением дружбы: «Брат, хочу в любви с тобой жить, а к тому, что отец тебе дал, еще прибавлю!» Сам же, в тайне от всех, направил наёмных убийц, верных ему бояр Путша, Талеца, Еловита (или Еловича) и Ляшко убить Бориса.

Святой Борис был извещен о таком вероломстве Святополка, но не стал скрываться и, подобно мученикам первых веков христианства, с готовностью встретил смерть.

Убийцы настигли его, когда он молился за утреней в воскресный день 24 июля 1015 года в своем шатре на берегу реки Альты. Словно дикие звери набросились они на святого и пронзили его тело. Любимый слуга Бориса, некий угрин (венгр) по имени Георгий, прикрыл его собою. Его тут же убили вместе с князем и отрубили голову, чтобы снять с шеи золотое украшение -гривну, которую когда-то в знак любви и отличия, князь подарил ему.

Однако святой Борис был еще жив. Выйдя из шатра, он стал горячо молиться, а потом обратился к убийцам: «Подходите, братия, кончите службу свою, и да будет мир брату Святополку и вам«. В это время один из убийц пронзил его копьем. Тело его завернули в шатер, положили на телегу и повезли к Киеву. Есть версия, что в дороге Борис еще дышал и, узнав об этом, Святополк послал двух варягов прикончить его. Тогда один из них извлек меч и пронзил его в сердце. Тело Бориса привезли тайно в Вышгород и похоронили в церкви святого Василия. Ему было около 25 лет.

В живых еще оставался князь Муромский Глеб. Святополк решил хитростью заманить Глеба в Киев: Глебу отправили гонцов с просьбой приехать в Киев, так как отец тяжко болен (для чего Святополк и скрывал смерть отца). Глеб тотчас сел на коня и с малой дружиной помчался на зов. Но его настиг гонец от брата Ярослава: «Не езжай в Киев: отец твой умер, а брат твой Борис убит Святополком!«.

Глубоко скорбя, святой князь предпочел смерть, нежели войну с братом. Встреча Глеба с убийцами произошла в устье реки Смядыни, неподалеку от Смоленска. Он обратился к ним с трогательной мольбой пощадить «колос еще не созревший, соком беззлобия налитый». Затем, вспомнив слова Господа, «что за имя Мое преданы будете братьями и родичами», вручил Ему свою душу. Малая дружина Глеба, увидев убийц, пала духом. Главарь, по прозвищу Горясер, глумясь, велел повару, бывшему при Глебе, зарезать князя. Тот, «именем Торчин, вынув нож, зарезал Глеба, как безвинного ягненка». Ему было около 19 лет. Тело его было брошено на берегу, и так лежало в безвестности, между двумя колодами. Но ни зверь, ни птица не тронули его. Долго о нем никто не знал, но иногда в этом месте видели зажженные свечи, слышали церковное пение. Лишь через много лет, по повелению князя Ярослава, оно было перенесено в Вышгород и положено в церкви святого Василия рядом с Борисом. Позже Ярослав Мудрый построил на этом месте каменный пятиглавый Борисоглебский собор, который вскоре стал семейным храмом Ярославичей, святилищем их любви и верности, братского согласия и служения Отечеству.

Благоверные князья-страстотерпцы не захотели поднять руку на брата, но Господь Сам отомстил властолюбивому тирану: «Мне отмщение и аз воздам» (Рим. 12:19).

С рациональной точки зрения смерть святых братьев кажется бессмысленной. Они не были даже мучениками за веру в подлинном смысле этого слова. (Церковь чтит их как страстотерпцев — этот чин святости, кстати, не известен византийцам).

Жизнь святых страстотерпцев была принесена в жертву главной христианской ценности — любви. «Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец» (1 Ин. 4:20). Они приняли смерть в знак беспредельной любви ко Христу, в подражание его крестной муке. В сознании русских людей своей мученической кончиной они как бы искупали грехи всей Русской земли, еще недавно прозябавшей в язычестве. Через их жития, писал выдающийся русский писатель и историк Г. П. Федотов, «образ кроткого и страдающего Спасителя вошел в сердце русского народа навеки как самая заветная его святыня».

Святые братья сделали то, что в те времена на Руси, привыкшей к кровной мести, было еще ново и непонятно, они показали: за зло нельзя воздавать злом даже под угрозой смерти.

Впечатление от их поступка было настолько велико, что вся земля признала их святыми. Это был переворот от языческого сознания (властолюбие и нажива) к христианству (достижение духовного и нравственного идеала).

Святии князи Борисе и Глебе,молите Бога о нас!

Как чтили память Князей Бориса и Глеба на Руси — узнаем от А.Коринфского:

Об этом дне приговаривают на деревенской Руси: «На Глеба-на Бориса за хлеб не берися!» (Киевская, Черниговская, Полтавская губ.). «Борис-Глеб — дозревает хлеб!» (Рязанская губ.) и т. д. В белорусских местах слывет этот день за «Паликопа»: по словам памятливых старых людей, у не почитающих обычаев благочестивых загорались в этот день копны на только что сжатом поле. Бывают в этот день во многих местах сильные грозы. На святых мучеников братьев народное суеверие перенесло некоторые черты всеобъемлющего Перуна-громовника, чуть ли не всецело приуроченные ко св. Илье-пророку. Так, оно представляет их пашущими небесную ниву выкованным ими самими плугом, запряженных крылатым Огненным Змеем.

В селе Репьевке Сызранского уезда Симбирской губ. записано П. В. Киреевским любопытное песенное сказание, распевавшееся слепцами убогими. «С восточнаго словеснаго, с держания Киева града», — начинается оно, — «великий Владимир князь владел он всею Россиею. Имел себе он трех сынов: старейшаго Света-Полка, а меньших Бориса-света и Глеба. Великий Владимир князь разделил Россию всю сыновьям своим на три части: старейшему Свету-Полку великий славен Чернигов-град, благоверным Борису-свету и Глебу великий Воспревышь-град (Вышеград). Великий славен Владимир князь, разделя Россию сыновьям своим, пожил в доме, преставился.
Сотворили ему честное погребение. После его чада разыдутся по своим по градам: старейший Свет-Полкий в Чернигов град, а благоверные князья Борис и Глеб в Воспревышь-град». До сих пор певец-народ остается здесь беспристрастным сказателем-летописцем.

Со следующих стихов он впадает в некоторую страстность. «О, злой-ненавистный, враг немилостивый, возлюбил много места, захотел владеть всею Россиею!» — восклицает он, подразумевая под злым-ненавистным Святополка Окаянного (Света-полка). Святополк 1-й, старший сын Владимира Святого, родился в 970-м году, получил от отца в 1013-м году в удел Туровское княжество и женился одновременно с этим на дочери польского короля Болеслава. Он устроил было заговор против отца, но был изобличен в этом и лишен удела. Лишь незадолго до кончины своей св. Владимир простил его и посадил в Вышгороде. Когда отец умер (в 1015-м году), Святополк, по праву старшинства, захватил престол великокняжеский и прежде всего решил убить своих братьев (Бориса, Глеба и Святослава), могших стать его соперниками. Братоубийство совершилось. Узнав об этом, оставшийся в живых брат — Ярослав, сидевший князем в Новгороде, пошел войной на убийцу, захватившего отцовскую власть. Близ Любеча Святополк был разбит и бежал в Польшу, откуда вернулся с помощью от тестя и снова (в 1017-м г.) овладел Киевом. Затем он был опять разбит, снова бежал и привел на Ярослава печенегов, потерпел неудачу и -после скитания в богемских лесах — умер, оставив в народной памяти и летописях имя Окаянного.
(Ряд исследователей считает, что Святополк не имел отношения к убийству Бориса, в отличие от Ярослава, который сражался в 1015 году именно с Борисом. Прозвище Мудрый ему дали историки только в конце XIХ века. Прозвище Святополка — Окаянный — значит в древне-русском языке не только «проклятый», «грешный», но и «несчастный, достойный жалости, многострадальный».

Один из летописцев косвенной цитатой из Библии говорит о ложном обвинении Святополка.
Подробнее см.: И. Данилевский. Святополк Окаянный. «Знание-сила», 1992, №2, cтp. 65-73.-Пpим. н. pед.)] и продолжает свое повествование, почти ни на шаг не отступая от строгой жизненной правды: «на своих братьев прогневился, опалился, яко Каин на Авеля, как бы победита Бориса и Глеба; злоумышление на них помышляет, на совет братьев призывает, во пир честный пировати, отца своего князя помянута. Посланников злой посылает, с посланниками лист написует в тое же в посланную в палату. Благоверные Борис и Глеб со радостью лист принимают, пред матерью стоя прочитали».

Князья-братья просят у матери благословения «ехать в Чернигов-град к старейшему брату»; мать-княгиня отговаривает, подозревая, что тот замышляет что-то злое-недоброе, но князья-братья не послушали ее слезного увещания — не ехать: «Оседлали своих добрых коней, седуючи, радуючи, поедучи во Чернигов-град, к старейшему брату Полку». И вот, — продолжает стих народный: — «пребудут святые среди пути-дороги, о, злой ненавистный, враг немилостивый, встречал их злой середи пути-дороги. Он косо на своих братьев взирает, злыми зубами воскрежетает, злыми словами намекает, гнев с яростию смешаючи, как бы победить Бориса и Глеба. Еще Господь силены (иней) спустил на все благовонные цветы. Увидели печаль сию, скоро с добрых коней солезали, главы клонят к матушке ко сырой земле. Просили старейшего брата Полка. » Далее следует трогательная, дышащая тончайшим благовонием кротости, просьба святых Бориса и Глеба, обращенная ими к «злому-ненавистному, врагу немилостивому»:

«О, братец мой старейший, Свет-Полкий!
Разве ты хочешь нами владети,
Или великою всею Россиею?
Пойми нас, брат, в доме своем
Рабочими, верными слугами;
Не вемы мы никакого порока.
Чтобы в твоем доме зло мы сотворили;
Не сотвори, брат, печали матери,
Коя нас с тобою породила;
Не покори, братец, о Христе
Сродников наших;
Не среж класы неспелые.
Не повреди ты винограда незрелого;
Не отрыгнут винограда сего
Коренья от сырыя земли;
Не обидь нас, братец, во младых летах. »

Но «злой-ненавистный»-не тронулся мольбою братьев: «враг немилостивый прошения не слушает, на поклоны не взирает, а моления злой не восприемлет, злоумышление на них помышляет. Помыслимши, злой научился, как есть злой враг накачнулся, как победити Бориса и Глеба. Бориса злой копьем сбрюшил и Глеба ножом заколошил.!». Злое-черное дело совершилось. И от тьмы его, — гласит сказание: «месяц и солнышко померкли, не было солнечного освещения три дня и три ночи. Повелел Свят-Полк между двух колод их погрузити. Их святыя мощи три года в плоти лежащи, ничем тела неповредивши, ни звери, ни птицы их не поели, не солнечных лучей попечением. А он, ненавистный, враг немилостивый, седуючи, радуючи на добрые кони, поедучи в великий славен Воспревышь-град».

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб

празднование – 15 мая и 6 августа

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб (в святом Крещении — Роман и Давид) — первые русские святые, канонизованные как Русской, так и Константинопольской Церковью. Они были младшими сыновьями святого равноапостольного князя Владимира (+15 июля 1015). Родившиеся незадолго до Крещения Руси святые братья были воспитаны в христианском благочестии. Старший из братьев — Борис получил хорошее образование. Он любил читать Священное Писание, творения святых отцов и особенно жития святых. Под их влиянием святой Борис возымел горячее желание подражать подвигу угодников Божиих и часто молился, чтобы Господь удостоил его такой чести.

Святой Глеб с раннего детства воспитывался вместе с братом и разделял его стремление посвятить жизнь исключительно служению Богу. Оба брата отличались милосердием и сердечной добротой, подражая примеру святого равноапостольного великого князя Владимира, милостивого и отзывчивого к бедным, больным, обездоленным

Еще при жизни отца святой Борис получил в удел Ростов. Управляя своим княжеством, он проявил мудрость и кротость, заботясь прежде всего о насаждении Православной веры и утверждении благочестивого образа жизни среди подданных. Молодой князь прославился также как храбрый и искусный воин. Незадолго до своей смерти великий князь Владимир призвал Бориса в Киев и направил его с войском против печенегов. Когда последовала кончина равноапостольного князя Владимира, старший сын его Святополк, бывший в то время в Киеве, объявил себя великим князем Киевским.

Святой Борис в это время возвращался из похода, так и не встретив печенегов, вероятно, испугавшихся его и ушедших в степи. Узнав о смерти отца, он сильно огорчился. Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но святой князь Борис, не желая междоусобной распри, распустил свое войско: «Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!»

Однако коварный и властолюбивый Святополк не поверил искренности Бориса; стремясь оградить себя от возможного соперничества брата, на стороне которого были симпатии народа и войска, он подослал к нему убийц. Святой Борис был извещен о таком вероломстве Святополка, но не стал скрываться и, подобно мученикам первых веков христианства, с готовностью встретил смерть.

Убийцы настигли его, когда он молился за утреней в воскресный день 24 июля 1015 года в своем шатре на берегу реки Альты. После службы они ворвались в шатер к князю и пронзили его копьями. Любимый слуга святого князя Бориса — Георгий Угрин (родом венгр) бросился на защиту господина и немедленно был убит. Но святой Борис был еще жив. Выйдя из шатра, он стал горячо молиться, а потом обратился к убийцам: «Подходите, братия, кончите службу свою, и да будет мир брату Святополку и вам». Тогда один из них подошел и пронзил его копьем

Слуги Святополка повезли тело Бориса в Киев, по дороге им попались навстречу два варяга, посланных Святополком, чтобы ускорить дело. Варяги заметили, что князь еще жив, хотя и едва дышал. Тогда один из них мечом пронзил его сердце. Тело святого страстотерпца князя Бориса тайно привезли в Вышгород и положили в храме во имя святого Василия Великого. После этого Святополк столь же вероломно умертвил святого князя Глеба. Коварно вызвав брата из его удела — Мурома, Святополк послал ему навстречу дружинников, чтобы убить святого Глеба по дороге. Князь Глеб уже знал о кончине отца и злодейском убийстве князя Бориса. Глубоко скорбя, он предпочел смерть, нежели войну с братом. Встреча святого Глеба с убийцами произошла в устье реки Смядыни, неподалеку от Смоленска.

В чем же состоял подвиг святых благоверных князей Бориса и Глеба? Какой смысл в том, чтобы вот так- без сопротивления погибнуть от рук убийц?

Жизнь святых страстотерпцев была принесена в жертву основному христианскому доброделанию — любви. «Кто говорит: «Я люблю Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец» (Ин. 1, 4, 20). Святые братья сделали то, что было еще ново и непонятно для языческой Руси, привыкшей к кровной мести-они показали, что за зло нельзя воздавать злом, даже под угрозой смерти. «Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить» (Мф. 10, 28). Святые мученики Борис и Глеб отдали жизнь ради соблюдения послушания, на котором зиждется духовная жизнь человека и вообще всякая жизнь в обществе. «Видите ли, братия, — замечает преподобный Нестор Летописец,- как высока покорность старшему брату? Если бы они противились, то едва ли бы сподобились такого дара от Бога. Много ныне юных князей, которые не покоряются старшим и за сопротивление им бывают убиваемы. Но они не сподобляются благодати, какой удостоились сии святые».

Благоверные князья-страстотерпцы не захотели поднять руку на брата, но Господь Сам отомстил властолюбивому тирану: «Мне отмщение и Аз воздам» (Рим. 12, 19). В 1019 году князь Киевский Ярослав Мудрый, также один из сыновей равноапостольного князя Владимира, собрал войско и разбил дружину Святополка. По Промыслу Божию, решающая битва произошла на поле у реки Альты, где был убит святой Борис. Святополк, названный русским народом Окаянным, бежал в Польшу и, подобно первому братоубийце Каину, нигде не находил себе покоя и пристанища. Летописцы свидетельствуют, что даже от могилы его исходил смрад.

«С того времени, — пишет летописец, — затихла на Руси крамола». Кровь, пролитая святыми братьями ради предотвращения междоусобных распрей, явилась тем благодатным семенем, которое укрепляло единство Руси. Благоверные князья-страстотерпцы не только прославлены от Бога даром исцелений, но они-особые покровители, защитники Русской земли. Известны многие случаи их явления в трудное для нашего Отечества время, например,- святому Александру Невскому накануне Ледового побоища (1242), великому князю Димитрию Донскому в день Куликовской битвы (1380). Почитание святых Бориса и Глеба началось очень рано, вскоре после их кончины. Служба святым была составлена митрополитом Киевским Иоанном I (1008-1035).

Великий князь Киевский Ярослав Мудрый позаботился о том, чтобы разыскать останки святого Глеба, бывшие 4 года непогребенными, и совершил их погребение в Вышгороде, в храме во имя святого Василия Великого, рядом с мощами святого князя Бориса. Через некоторое время храм этот сгорел, мощи же остались невредимы, и от них совершалось много чудотворений. Один варяг неблагоговейно стал на могилу святых братьев, и внезапно исшедшее пламя опалило ему ноги.

От мощей святых князей получил исцеление хромой отрок, сын жителя Вышгорода: святые Борис и Глеб явились отроку во сне и осенили крестом больную ногу. Мальчик пробудился от сна и встал совершенно здоровым.

Великий князь Киевский Ярослав Мудрый (1019-1054), получив из Киева весть об убийстве своих братьев — благоверных князей страстотерпцев Бориса и Глеба коварным Святополком, воссевшим незаконно на княжеский престол, выступил против убийцы, желая воздать ему за неповинную кровь.

Перед решающим сражением у реки Альты в 1019 году, на том самом месте, где некогда был убит святой Борис, князь Ярослав коленопреклоненно молился Господу о даровании победы. Войско Святополка, прозванного за коварное братоубийство «Окаянным», было полностью разбито, а сам он окончил свои дни в безумии на чужбине. Благоверный князь Ярослав Мудрый, возвратив себе великокняжеский престол, предпринял розыск тел святых братьев-мучеников. Ему сообщили, что тело благоверного князя Бориса погребено в Вышгороде в церкви во имя святителя Василия Великого, построенной еще его отцом — равноапостольным князем Владимиром (+1015; память 15 июля) в честь своего небесного покровителя.

О святом Глебе было известно, что он убит и погребен недалеко от Смоленска. Приближенные князя Ярослава рассказали ему о тех чудесных явлениях, которые происходили на предполагаемом месте смерти благоверного князя Глеба: в этой пустыньке проезжие люди замечали сияние, удостаивались слышать ангельское пение и видеть горящие свечи. Как только князь Ярослав узнал об этом, он получил Божественное вразумление о поиске честного тела брата-мученика. Посланные люди действительно обнаружили святые останки: тело, зажатое двумя колодами, лежало совершенно нетленным, нетронутым хищными зверями. Светлые, источавшие благоухание мощи, были с почестями перенесены в Вышгород. Когда ископали могилу, чтобы предать земле тело святого мученика Глеба рядом с его старшим братом страстотерпцем Борисом, очевидцы были поражены, что мощи его также оказались не только нетленными, но излучавшими благодатный свет.

Вскоре мощи святых братьев-страстотерпцев прославились многими чудесными исцелениями, дарованными по милости Божией всем, приходившим к ним с верой и молитвой. Однажды на то место, где почивали нетленные останки святых мучеников, пришли варяги, и один из них неосторожно ступил ногой на каменную плиту, под которой покоились честные мощи, тотчас же огонь вышел из гроба и опалил ноги варяга. Известен случай, когда неожиданно загорелся храм во имя святителя Василия Великого, где были захоронены святые страстотерпцы Борис и Глеб: пономарь после утрени, не осмотрев храм, ушел домой, оставив горящую свечу, что и привело к пожару. Прихожанам удалось вынести из огня иконы и сосуды, так что ничего не пострадало, кроме самого церковного здания. Это было воспринято как некий знак Божий, ибо храм давно обветшал и нуждался в обновлении.

По этому случаю Киевский Митрополит Иоанн (1008-1035) и благоверный князь Ярослав пришли на это место с крестным ходом, чтобы с благоговением достать из земли святые мощи мучеников Бориса и Глеба. От них изливалось благоухание. Святые останки были положены в особую гробницу, которую внесли в небольшую часовню, возведенную на месте сгоревшего храма. Во время Богослужения в этой часовне произошли чудесные исцеления слепого и хромого.

Известие о многих чудотворениях благоверных князей-мучеников распространилось по всей Русской земле. Множество народа стекалось к часовне. Князь Киевский Ярослав Мудрый с радостью внимал рассказам о чудесных исцелениях. Митрополит Киевский Иоанн, воздав хвалу Богу, посоветовал князю построить большой храм во имя страстотерпцев Бориса и Глеба. Совет пришелся по сердцу и был принят как благословение: вскоре был воздвигнут прекрасный пятиглавый собор, получивший название Борисоглебского. Князь снабдил его церковной утварью, книгами и повелел написать иконы святых мучеников. Мощи святых князей Бориса и Глеба были перенесены в новый храм. Во время этого торжества также произошло несколько исцелений. Этот день — 24 июля и до настоящего времени является днем памяти князей-страстотерпцев .

Незадолго до кончины великий князь Ярослав Мудрый разделил Киевское княжество между четырьмя сыновьями. Киевский престол отошел боголюбивому князю Изяславу. Вскоре он был изгнан из столицы взбунтовавшимися горожанами. Однако по заступничеству святых благоверных князей Бориса и Глеба ему удалось вернуться на Киевское княжение. В благодарность за это князь Изяслав решил построить новый храм во имя святых страстотерпцев вместо обветшавшего Борисоглебского собора и перенести их честные мощи. Он выделил на постройку большие средства из великокняжеской казны. Когда строительство завершилось, князь Изяслав пригласил на освящение храма своих братьев — Всеволода и Святослава и Митрополита Киевского Георгия, а также несколько епископов. Это событие произошло 2 мая 1072 года.

Совместно Ярославичи подняли тело святого Бориса в деревянной гробнице и в окружении черноризцев со свечами внесли в новый храм. Когда открыли гробницу, весь храм наполнился благоуханием. Митрополит Георгий, грек по происхождению, не очень твердо веривший в святость князей, был потрясен этим чудным знамением. Святые мощи князья переложили в новую гробницу.Когда вносили каменную гробницу с мощами благоверного князя Глеба, она остановилась в церковных дверях и не сдвинулась с места до тех пор, пока присутствовавшие не стали молитвенно взывать ко Господу со словами покаяния. Только тогда она переместилась и была расположена с мощами благоверного Бориса. Митрополит Георгий взял руку мученика Глеба и благословил ею русских князей.

После Божественной литургии братья устроили совместную трапезу, свидетельствуя о своей любви, согласии и единомыслии. Этот день памяти перенесения мощей так же стал широко праздноваться на Руси. Летописец под 1093 годом сообщает, что праздник святых Бориса и Глеба явился новым великим праздником земли Русской. Борисоглебский храм с мощами святых страстотерпцев стал семейным храмом Ярославичей, святилищем их любви и верности, братского согласия и служения Отечеству.

Святые страстотерпцы Борис и Глеб были первыми русскими святыми, канонизованными Русской и Византийской Церквами. Служба им была написана вскоре после их прославления. Святые мученики издревле почитаются в Русской Церкви, о чем свидетельствуют многочисленные списки их житий, сказаний об их мощах, храмы и монастыри, названные в их честь. Их заступничество простирается на всех, кто с верой обращается к ним в своих молитвах.

«Житие и Акафист святым страстотерпцам благоверным князьям Борису и Глебу»
Издание Свято-Борисо-Глебского женского монастыря, Харьковская область

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector